Вольфганг Випперман. Европейский фашизм в сравненииВольфганг Випперман. Европейский фашизм в сравнении. 1922-1982 / Пер. с нем. А. И. Федорова. Новосибирск: Сибирский хронограф, 2000.

Эта книга пользуется заслуженной известностью в мире как детальное, выполненное на высоком научном уровне сравнительное исследование фашистских и неофашистских движений в Европе, позволяющее понять истоки и смысл «коричневой чумы» двадцатого века. В послесловии, написанном автором специально к русскому изданию, отражено современное состояние феномена фашизма и его научного осмысления. Книга содержит обширную библиографию по теме исследования, доведенную до настоящего времени.

 


СОДЕРЖАНИЕ

Введение
Глава 1. Что такое фашизм? Смысл этого понятия,
его история и проблемы
Глава 2. Итальянский фашизм
Глава
3. Национал-социализм
Глава 4. Фашистские движения с массовой базой

Фашизм и национал-социализм в Австрии

Режим Хорти и венгерские «Скрещенные стрелы»
«Железная гвардия» в Румынии

Хорватские усташи

Фаланга и франкизм в Испании

Французские фашистские движения
Глава 5. Малые фашистские движения, фашистские секты и пограничные случаи
Проблема подразделения

Англия
Финляндия
Бельгия
Голландия
Фашистские секты в Дании, Швеции и Швейцарии
Норвежское "Национальное единение" - между сектой и коллаборационистской партией
Пограничные случаи: Словакия, Польша и Португалия
Глава 6. Эпилог: неофашизм между политикой и полемикой

Заключение. Сравнительная история европейского фашизма
Был ли вообще фашизм? Послесловие к русскому изданию
Примечания
Комментированная избранная библиография

ГЛАВА 4. ФАШИСТСКИЕ ДВИЖЕНИЯ С МАССОВОЙ БАЗОЙ

«Железная гвардия» в Румынии

Румыния не просто принадлежала к победителям в Первой ми­ровой войне, но к странам, много выигравшим в этой войне; в самом деле, это королевство, возникшее в 1858 году в результате объединения княжеств Молдавии и Валахии и получившее незави­симость от Турции лишь в 1878 году, увеличило после войны свою территорию со 139 000 кв. км до 295 000 кв. км16. В качестве члена Малой Антанты и союзника Франции и Польши Румыния пред­ставляла собой в 20-е годы и еще в начале 30-х важный политиче­ский фактор в Юго-Восточной Европе.

86

Но эта видимая сила ставила ее в весьма опасное внешнеполи­тическое положение. Румыния была окружена государствами, ко­торые, за исключением Польши, не были согласны с ее новыми границами и предъявляли к ней определенные территориальные претензии. Это касалось прежде всего Советского Союза и Венг­рии. Венгрия, обосновывая свою реваншистскую политику, указы­вала на присутствие значительного венгерского меньшинства в Трансильвании, составлявшего, по румынским (вероятно, преумень­шенным) оценкам, 1,42 миллиона и 7,9% общего населения. Не­мецкое меньшинство, также населявшее преимущественно Трансильванию, насчитывало 750 000 человек, то есть 4,1% румынских граждан. По отношению к этим меньшинствам румынское госу­дарство с его централизованным управлением проводило подчерк­нуто националистическую политику. Наиболее враждебной была установка правительств, и особенно значительной части румынско­го народа, по отношению к еврейскому меньшинству.

Румынские евреи, составлявшие, по оценкам, 5% общего насе­ления, занимали, однако, нечто вроде монопольного положения в слабо развитых видах деятельности — торговле и промышленности, и притом в коренной румынской части страны. В то время как еврейские торговцы и ремесленники в деревнях и маленьких горо­дах, преимущественно не ассимилированные, вызывали к себе ненависть и презрение крестьянского населения, считавшего их эксплуататорами, румынские преподаватели и студенты боялись конкуренции своих еврейских коллег, составлявших почти полови­ну румынского студенчества. Антисемитизм, который уже в 19-м столетии приводил к погромам, неоднократно вызывавшим про­тесты и вмешательство великих держав, был широко распростра­нен среди румынского населения. Наряду с религиозным и соци­альным компонентами он содержал также национальный, посколь­ку румынские националисты видели в еврейском меньшинстве, в значительной мере не ассимилированном и поддерживаемом из-за границы, инородное тело, нарушавшее национальную и социаль­ную целостность румынского народа. Эту ситуацию могли исполь­зовать движения, основанные уже в 19-м веке Константином Стере и А. К. Кузой, выдвигавшие отчетливо выраженные националисти­ческие, антисемитские и социально-революционные популистские цели; эти движения оказывали все большее влияние на студентов и крестьян. В политико-идеологическом и даже в персональном отношении эти популистско-антисемитские организации были пря­мыми предшественниками румынского фашизма.

87

Впрочем, румынские фашисты могли использовать в своих це­лях не только вопрос о меньшинствах и еврейский вопрос, но так­же экономические, социальные, политические проблемы и кризис­ные явления. Междувоенная Румыния была во многих отношениях слаборазвитой страной, вдобавок сильно зависевшей от иностран­ного капитала. В 1930 году 80% общего населения все еще прожи­вало в деревнях. Лишь 7,2% было занято в промышленности, часто принадлежавшей иностранным предпринимателям. Это прежде всего относилось к нефтепромыслам, более чем на 90% находив­шимся в иностранных руках. Несмотря на усилия румынских пра­вительств, им не удалось сколько-нибудь справиться с отсталостью промышленности и устранить зависимость экономики от ино­странного (особенно английского, французского и немецкого) ка­питала. Земельная реформа, проведенная в 1921 году, тоже не принесла желательных результатов. Она коснулась прежде всего крупных землевладельцев нерумынской национальности, тогда как румынские бояре, владевшие 60% земли в коренных румынских местностях, хотя и составлявшие всего 5% всех землевладельцев, были мало затронуты этой мерой. Все же в конечном счете почти б миллионов гектаров земли были разделены между 1,4 миллиона крестьян. Однако вновь возникшие крестьянские дворы часто ока­зывались слишком малыми и недостаточно сильными в денежном отношении, чтобы увеличить урожайность за счет использования машин и искусственных удобрений. Большей частью их произво­дительность покрывала лишь их собственные потребности. Ввиду высокой рождаемости и недостатка рабочих мест в промышленно­сти не удавалось также решить проблему перенаселения деревни. В такой аграрной стране, как Румыния, где особенно ощущалось влияние мирового экономического кризиса, в тридцатые годы про­изошло дополнительно обострение структурных экономических и социальных проблем, что привело к кризису и, в конце концов, к разрушению системы правления, и без того представлявшей лишь видимость парламентаризма.

По конституции 1923 года Румыния была парламентской мо­нархией. При этом король мог не только использовать, но и расши­рять предоставленные ему конституцией права. Поскольку он мог в любое время распустить парламент, формирование правительства находилось фактически в его руках. Сверх того, не выборы опреде­ляли правительство, а, напротив, исход выборов зависел от того, каким было правительство. Это объяснялось, с одной стороны, не­законными  фальсификациями,  а  с другой  —  конституционным

88

законом, по которому партии, получившей свыше 40% поданных голосов, доставалось более 50% мест в парламенте, причем этот парламент, состоявший из 380 членов, выбирался непрямым пу­тем. Такой порядок, единственный в Европе того времени, приво­дил к тому, что победившая партия, как правило, располагала 70% мест, что превращало всю эту парламентскую систему в фарс. По­лучалось так, что однажды пришедшая к власти партия предска­зуемым образом выигрывала выборы, а затем, когда король рас­пускал парламент и назначал новое правительство, столь же пред­сказуемо их проигрывала. Вследствие этого у власти сменялись партии, почти не отличавшиеся друг от друга ни социальным со­ставом, ни даже программами. Исключение составляли в этом от­ношении партии национальных меньшинств и социалисты — ком­мунистическая партия была в 1924 году запрещена и на 20 лет загнана в подполье. Но эти партии оставались крайне слабыми и не могли повлиять на мнимо-парламентскую процедуру. Таким образом, Либеральная партия Иона Брэтиану сменялась в прави­тельстве Национальной крестьянской партией, возникшей из слия­ния Национальной партии Юлиу Маниу и Крестьянской партии Михалаке, а эта, в свою очередь, сменялась Национальной народ­ной партией Йорги и Авереску. После 1931 года либеральная и На­циональная крестьянская партии неоднократно раскалывались, что делало румынскую парламентскую систему еще более необозримой. В то же время и без того небольшое влияние парламента еще более ограничил король Кароль II, вернувшийся в июне 1930 года из изгнания, вызванного его вторым браком с женщиной ненадле­жащего сословного положения. Начиная с выборов 20 декабря 1937 года, он назначал только таких премьер-министров, которые имели слабую поддержку населения и поэтому полностью зависели от него. Затем в феврале 1938 года он отменил действовавшую до этого конституцию, еще более усилив позицию короля. Избиратель­ный возраст был повышен до 30 лет, а гражданские права еще больше ограничены. После «референдума», завершившегося пред­сказуемым почти стопроцентным результатом, 30 марта 1938 года были распущены все политические партии. Введение этой абсо­лютной монархии, получившей у современников название «коро­левской диктатуры», не было реакцией на действия либеральных или левых сил. Деятельность нелегальной коммунистической пар­тии ограничивалась организацией отдельных забастовок и демон­страций местного характера. Королевская диктатура была вполне однозначно направлена против подъема фашистской «Железной гвардии» Кодряну17.

89

Кодряну родился в 1899 году. Он был сыном происходившего из Буковины румынского националиста, переделавшего свою на­стоящую фамилию Зелинский на румынский лад в Зеля и приба­вившего к ней прозвище «Кодряну». Молодой Кодряну вначале примкнул, как и его отец, к уже упомянутой антисемитско-наци-оналистической организации Кузы, которую он, впрочем, покинул в 1926 году, так как она казалась ему недостаточно воинственной и дисциплинированной. В 1927 году он основал вместе с другими студентами «Легион архангела Михаила», позже названный «Желез­ной гвардией».

Необычное для политического движения религиозное наимено­вание, связанное с архангелом Михаилом, не было случайным. В самом деле, крайне националистические, антикоммунистические и прежде всего антисемитские цели этой партии сопровождались элементами туманной мистики, впрочем, никоим образом не стес­нявшей ее агрессивность. Именно это подражание определенным религиозным символам и образцам доставило легионерам, часто называвшим себя также «крестоносцами», притягательную силу в глазах сельского населения. Активное ядро «Железной гвардии», состоявшее из студентов, преподавателей и небольшого числа ра­бочих, проводило интенсивную пропаганду среди крестьян, сбли­жавшую эту партию с русскими народниками. Но в методах борь­бы они скорее напоминали анархистов. И в самом деле, жертвами террора «Железной гвардии» стали многие, решавшиеся преградить дорогу легионерам. Эти насильственные действия, почти не пре­следуемые правосудием, по-видимому, вызывали у многих румын скорее сочувствие, чем отталкивание. Во всяком случае, число сторонников «Железной гвардии» резко возросло, и легионеры про­водили повсюду в стране свои пропагандистские мероприятия и совершали политические убийства.

После присоединения к «Железной гвардии» некоторых мелких праворадикальных и фашистских группировок она получила на выборах 1932 года 5 мест в парламенте, а в декабре 1937 года 16% голосов и 66 мест из общего числа 390. Этот успех был, во всяком случае, одной из причин диктаторского курса, принятого с этих пор королем Каролем И. Сюда относилось повышение избиратель­ного возраста до 30 лет, поскольку легионеры — как и члены всех фашистских партий в их начальной стадии — были очень молоды, и в особенности запрет «Железной гвардии», еще до общего роспус­ка всех партий. 19 апреля 1938 года Кодряну вместе с другими лидерами «Железной гвардии» был арестован и осужден на десять лет принудительных работ. 30 ноября он был застрелен «при по­пытке к бегству». Но это политическое убийство не могло задер-

90

жать дальнейший подъем «Железной гвардии», которую теперь возглавил Хориа Сима. При этом она получила поддержку фашист­ских режимов Германии и Италии, с которыми и раньше Кодряну поддерживал тесную связь. В первое время запрещенная, но вовсе не разбитая «Железная гвардия» могла извлекать пользу из своей приверженности фашистским образцам, неоднократно подчерки­ваемую в выступлениях Кодряну. Это объяснялось внешнеполити­ческой ситуацией, складывавшейся для Румынии все более небла­гоприятно, поскольку она была связана союзными отношениями с Польшей, Чехословакией, Югославией и Францией.

Румыния должна была не только примириться с аннексией Судетской области, но и не пришла на помощь Польше, когда на нее напали Германия и Советский Союз, хотя по договору была обяза­на это сделать18. 27 мая 1940 года был подписан так называемый «нефтяной пакт» с Германией, по которому Румыния обязывалась поставлять Германии всю добываемую нефть. Однако это сближе­ние с Германией не помешало Советскому Союзу по соглашению с немцами оккупировать Бессарабию и Северную Буковину. Но ко­гда король Кароль II согласно Второму Венскому арбитражу 30 августа 1940 года подчинился решению Гитлера, по которому Вен­грии была возвращена значительная часть Трансильвании, приобретенной Румынией по Парижскому мирному договору, это вызва­ло в народе такую бурю негодования, что Кароль II вынужден был отречься от престола в пользу своего сына и удалиться в изгнание.

Этим и завершился период королевской диктатуры, поскольку с этого времени страной управлял не новый король Михай, а гене­рал Йон Антонеску, установивший в союзе с «Железной гвардией» террористический режим, жертвами которого были многие комму­нисты, и прежде всего евреи. В середине января 1941 года возник­ла прямая борьба за власть между Антонеску и легионерами под руководством Хориа Сима, восстание которых было жестоко по­давлено. Хориа Сима и другие лидеры «Железной гвардии» напрас­но надеялись на поддержку Гитлера, который из политических соображений принял сторону Антонеску, считая его более надеж­ным союзником, чем радикальных легионеров. Хориа Сима вместе с другими лидерами «Железной гвардии» удалось с помощью СД бежать в Германию, где они были интернированы. Так решилась судьба «Железной гвардии». Оставшиеся в стране ее члены подвер­гались преследованиям и арестам. После кровопролитной войны с Советским Союзом, в которой Румыния участвовала на стороне Германии, 26 августа 1944 года Антонеску был свергнут. Лишь после этого Хориа Сима был освобожден из концентрационного лагеря Бухенвальд и назначен Гитлером главой румынского эмигрантского правительства. Но это решение уже не имело политиче­ского значения, так как Румыния вскоре была оккупирована Крас­ной Армией.

91

Хотя «Железная гвардия» возникла в слаборазвитой аграрной стране, где было немного промышленных рабочих и где левое дви­жение почти не имело значения, эта партия относится к группе фашистских движений. В самом деле, она ориентировалась в по­литическом и организационном отношении на фашистские образ­цы и ставила себе националистические, крайне антисемитские, антикоммунистические и социально-революционные цели и в то же время отличалась радикальным стремлением к уничтожению. После того как она приобрела массовую базу, она подверглась пре­следованию и запрещению со стороны королевской диктатуры Кароля И, затем была введена в правительство Антонеску и, нако­нец, разгромлена его диктаторской властью. Но в отличие от боль­шинства других фашистских движений «Железная гвардия» воз­никла не в ситуации кризиса парламентской системы, поскольку в Румынии такая система еще не успела образоваться. Значительной отсталостью страны объясняется и тот факт, что члены «Железной гвардии», за исключением студентов, преподавателей, офицеров и немногих рабочих, были главным образом из низших слоев сель­ского населения. Это обстоятельство, а также ее утопически-реак­ционная программа, производящая определенное социально-рево­люционное впечатление, придают ей специфический характер. Но если в этих моментах «Железная гвардия» существенно отличается от итальянского фашизма и немецкого национал-социализма, то она обнаруживает, с другой стороны, большое сходство с партией хорватских усташей.

ВольфгангВипперман. Европейский фашизм в сравнении. 1922-1982 / Пер. с нем. А. И. Федорова. Новосибирск: Сибирский хронограф, 2000.

из клети в сетиИз клети в сети
Реабилитация для зэка
— это значит никогда не успокаиваться и не расслабляться...
истины своими словамиИстины своими словами
О друзьях и предателях, о тюрьмах и зонах, о добре, зле и вере в Бога...
усталые зэки Не злитесь на небо, усталые зэки
Сборник стихов, в основе которых — опыт современного арестанта.
фсин ФСИН: путь из сумрака
Уникальные факты и обстоятельства работы системы исполнения наказаний.