Когда мои сыновья были маленькими, казалось, что полжизни работаю до изнеможения, а вторую половину — жалуюсь на это. Я врывалась к детям и говорила: «Посмотрите, сколько я работаю по дому! Встала в шесть утра. Убрала постели. Вымыла посуду. Пропылесосила и вытерла пыль во всем доме. Я устала!» Сыновья чувствовали себя ужасно.

Они говорили: «Слушай, ты хочешь, чтобы мы мыли посуду?» И я отвечала: «Нет! Я не сошла с ума! Я просто хочу. Я не знаю, чего хочу!» Уж никак я не стремилась, чтобы они чувствовали себя виноватыми и никчемными. Никто из нас не понимал, что происходило.

В один прекрасный день меня осенило. Мне не нужно было, чтобы они что-то делали по дому. Я всего лишь хотела, чтобы они восхитились: «Знаешь, ты потрясающая! Как же тебе все это удается?» А я бы просияла и ответила: «Ой, да ничего особенного».

Дело в том, что я очень гордилась собой. Но я не могла просто взять и сказать это — слишком боялась упреков в зазнайстве. Никто из нас не знает, как сказать: «Садись-ка. Я хочу тебе рассказать, сколько всего сделала, хотя было очень трудно. Хочу, чтобы ты знал, какие геркулесовы подвиги я совершила». Нам не дозволяется хвастаться, вот вместо этого мы и жалуемся.

При таком типе жалоб вы, по сути, ищете восхищения и признания. Если вы взялись за сложную задачу и справились с ней, заслуживаете понимания и похвалы. Расширяй вы границы освоенных земель, будь вы Полем Баньяном или Диким Биллом Хикоком*, могли гордиться своими свершениями и слагать об этом стихи. Но приступ жалоб по поводу трудных времен может послужить тому же. Если вы расскажете своим слушателям, ради чего вы все это затеяли, они, скорее всего, скажут: «И только-то? Почему бы не спросить раньше? Я всегда втайне восхищаюсь тобой! Мне просто казалось: ты такая сильная — тебе такие разговоры не нужны».

Многое из того, в чем мы нуждаемся, сводится к простому разрешению. Разрешению чувствовать то, что мы чувствуем, и говорить об этом. Дать знать об этом друг другу. И понять, что в наших чувствах нет ничего странного, вредного или неправильного. Это человечно, и этим нужно делиться.

* Поль Баньян — персонаж американского фольклора, великан-лесоруб. Дикий Билл Хикок — прозвище Джеймса Батлера Хикока (1837-1876), героя Дикого Запада, легендарного стрелка, разведчика и карточного игрока.

из клети в сетиИз клети в сети
Реабилитация для зэка
— это значит никогда не успокаиваться и не расслабляться...
истины своими словамиИстины своими словами
О друзьях и предателях, о тюрьмах и зонах, о добре, зле и вере в Бога...
усталые зэки Не злитесь на небо, усталые зэки
Сборник стихов, в основе которых — опыт современного арестанта.
фсин ФСИН: путь из сумрака
Уникальные факты и обстоятельства работы системы исполнения наказаний.